— Не думаю, что из этого что-нибудь выйдет, — сказал Джейми.
— Я тоже так не думаю, — согласилась с ним толстуха.
— Мы не можем довериться смертному, — сказал чернокожий тоном истинного верующего.
«Да он у них, похоже, за главного».
— Да, Господь наш Пастырь, — сказала толстуха. Но в ее голосе отсутствовала набожность. Чернокожий прожег ее взглядом.
Между тем белый парень сделал еще одну попытку уговорить Джейми.
— Сдается мне, что именно Господь и вывел нас на этого парня. У него есть ружье, он много странствовал и знает, что делает. Он как раз тот, кто нам нужен, лучшего и не пожелаешь. Было бы глупо не воспользоваться таким шансом, если бы он нам предоставился.
— Он вам не предоставился, — сказал Джейми. Предупредить их это одно, но умирать вместе с ними — совсем другое. Он снова повернулся к ним спиной и двинулся в направлении подлеска, протянувшегося вдоль обочины.
За спиной раздались их голоса:
— Куда же он делся? Прямо как в воду канул.
И это при том, что Джейми даже не пытался укрыться. Эти ребята просто не заметят, как их схватят бандиты. Одно слово — городские.
Но оказавшись в гуще подлеска, Джейми не вышел на собственную тропу и не двинулся на запад. Не отдавая себе отчета в том, что делает, Джейми снова забрался на то же самое дерево и стал наблюдать за действиями этой странной группы. Они, конечно же, развернули свои тележки на восток.
Отлично. Теперь Джейми мог выкинуть их из головы. Он сделал все, что мог.
Но он почему-то тоже двинулся на восток, параллельно маршруту, которым шла группа. «Господь их пастырь, но не мой», — подумал Джейми. Но у него было какое-то недоброе предчувствие, какой-то непонятный страх, причину которого он не мог назвать. Более того, он вдруг почувствовал, что несет за них ответственность.
Они даже не дошли до Сайлас-Крик-парквей. Дорогу им преградили двадцать человек из дорожного патруля, которые спешились и взяли ружья наизготовку. Джейми еще никогда не видел, чтобы такое количество людей из патруля собралось в одном месте. Может, они готовятся дать отпор набегу бандитов?